Таинственная любовница - Страница 79


К оглавлению

79

— Тибальт, — сказала я, — мне нужно кое-что тебе сообщить…

Он взглянул на меня рассеянно, словно не услышал моих слов.

— Ясмин мертва!

— Ясмин? — переспросил он.

— Ну, ты ее не знаешь. Девушка, которая шила кожаные туфли на базаре. Ее бросили в воду на церемонии в честь Нила.

— Боже!

— Это убийство, — сказала я.

Он посмотрел на меня несколько озадаченно, но я поняла, что он меня не слушает.

— Девушка погибла… убита, а тебе все равно. Эта Ясмин была в гробнице в ту ночь, когда приехал паша…

— Что?!

Я с раздражением и гневом подумала: достаточно упомянуть гробницу, чтобы сразу же завладеть его вниманием! То, что она без разрешения забралась туда, было для него важнее того, что она погибла.

— Ко мне приходил один из твоих рабочих. Он очень напуган, поэтому, пожалуйста, не гневайся на него. Они встречались в гробнице, а потом девушка умерла.

— Встречаться в гробнице! Они не посмели бы!

— Я уверена, что он не лгал. Но дело в том, что девушка мертва. Ее бросили в реку.

— В наши дни они бросают в реку только кукол, — возразил он.

— Но на этот раз они бросили Ясмин. Мне показалось, что я узнала ее. И Теодосия тоже. А теперь мы знаем это точно. Тибальт, что ты собираешься предпринять по этому поводу?

— Джудит, дорогая моя, ты беспокоишься о том, что тебя совершенно не касается.

— Ты хочешь сказать, что мы должны спокойно воспринимать гнусное убийство?!

— Кто-то рассказал тебе эту красивую и страшную легенду, и рассказ попал на благодатную почву… Кто это был?

— Один из твоих рабочих. Я не хочу, чтобы ты его бранил. Он и так серьезно пострадал. Этот юноша любил Ясмин — и потерял ее.

— Думаю, ты стала жертвой обмана, мистификации, Джудит. Эти люди любят драмы. Рассказчики на базаре всегда повествуют довольно правдоподобные истории о влюбленных, которые умирают во имя любви. Но все эти истории они придумывают сами.

— Я уверена, что он ничего не придумал. Что мы можем сделать?

— Абсолютно ничего… даже если это правда.

— Ты хочешь сказать, что мы не вмешаемся и закроем глаза на убийство?

Он настороженно посмотрел на меня.

— Мы не судьи этим людям. Первое, чему следует научиться: не вмешиваться! Некоторые из их традиций могут показаться нам странными, даже варварскими… Но мы приехали сюда как археологи, и большая удача заключается уже в том, что нам разрешили это сделать. Одно из основных правил — невмешательство…

— В обычной жизни — да… но это…

— Для меня это звучит абсурдно. Даже в старину, когда девушку бросали в реку во время церемонии, она должна была оставаться девственницей. Мне кажется, твоя Ясмин едва ли была ею, поскольку встречалась со своим любовником в таком месте.

— Но кто-то хотел избавиться от нее.

— Существует множество способов избавиться от тела, помимо такого карнавального. Абсурд.

— Думаю, это было предупреждение.

Он озабоченно потер лоб рукой.

— Тибальт, мне кажется, ты думаешь о чем-то другом.

Он долго смотрел на меня, потом произнес:

— Мы закончили раскопки того прохода, на который возлагали столько надежд. И он привел нас к камере, которая заканчивалась тупиком. Дальше — ничего. Должно быть, она была построена специально для того, чтобы ввести в заблуждение грабителей. Но на этот крючок попались мы!

— Тибальт!

— Да, вся работа последних нескольких месяцев привела лишь к тупику. Можно сказать, все наши усилия и все вложенные в экспедицию деньги, потрачены впустую.

Мне хотелось утешить, обнять и укачивать его, как обиженного ребенка. Именно в этот момент я ощутила нашу подлинную близость, совсем не такую, как в минуты страсти.

Он был холоден и отчужден. Я молчала. Что бы я тогда ни сказала, это все равно звучало бы банально. Именно тогда мне стало безусловно ясно, что работа для него важнее всего на свете.

— Итак, — произнесла я холодно и четко, полностью контролируя свои эмоции, — значит, это — конец.

— Полный провал, — кивнул он.

Я снова замолчала.

Он пожал плечами, и в комнате зависло гнетущее молчание.

Я знала, что он забыл о Ясмин — да он и не задумывался о ее судьбе. Он не думал и обо мне тоже.

У него на уме было только одно: провал.

Глава 8
Трагедия в подземелье

Весь следующий день только и было разговоров, что о возвращении домой. Эта экспедиция стала одной из самых дорогостоящих — и ни к чему не привела: глухой тупик и разграбленная ранее гробница.

Тибальт допустил большую ошибку. Его ввели в заблуждение слова, произнесенные отцом перед смертью. Все свелось именно к этому. Только потому, что его отец умер при столь загадочных обстоятельствах, — а эти обстоятельства действительно были загадочными, что бы кто ни говорил, — Тибальт поверил в то, что он стоял на пороге великого открытия. И другие тоже поверили. А теперь ценой горького разочарования и огромных денег, потраченных впустую, все поняли, что ошибались.

Теодосия была искренне рада. Мысль о скором возвращении домой воодушевила и оживила ее.

— Конечно, мне жаль Тибальта, — говорила она. — Он сильно расстроен и угнетен. Но, в конце концов, как замечательно оказаться дома!

— Ну что ж, все кончено, — произнес Адриан. — Скоро мы будем дома, и наше приключение подойдет к концу. Теперь это тебя отрезвило, Джудит? Ты прямо помешалась на том, чтобы мчаться сюда, не так ли? Но все оказалось не таким, как ты ожидала. О, знаю нашу Джудит! Ты представляла, как поведешь всех нас вперед. Как будешь играть роль этакой матери настоятельницы для всей нашей экспедиции, и в конце концов пробьешься к вожделенной победе и откроешь нетронутую гробницу фараона. Но столкнулась с реальностью.

79